Мы говорим «Тетюхе» - подразумеваем «Бринер»?

Несколько месяцев назад на страницах нашей газеты развернулась полемика по вопросам, предложенным краеведческим клубом «Тетюхе» Совету общественности при главе администрации ДГО. Только читатели, обсуждающие проблему, проявили недюжинную фантазию, и от статьи к статье, как в испорченном телефоне, обсуждали уже то, чего никто и не предлагал.

Напомню, 30 сентября краеведы предложили обсудить представителям общественности Дальнегорска 3 вопроса:

1. Возвратить реке Рудной ее прежнее название Тетюхе.
2. Безымянной площади в центре города дать имя основателя Тетюхе-Дальнегорска Юлия Бринера и установить бюст.
3. Учредить премию имени Ю.Бринера, которая будет присуждаться за лучшие исследования по краеведению.

Ни о чем другом представителям общественности сказано не было. То же самое было опубликовано в «Трудовом слове» от 25.11.2010.

Однако в газете поднялся шум на тему: «Бринер работал на немецкую разведку; не позволим возвращать деревне Черемшаны китайского названия, а также переименовывать проспект 50-летия Октября, его Бринер не строил; и т.д.», и конструктивного диалога, к сожалению, не получилось. Вся энергия путаных, но, тем не менее, пафосных статей ушла в паровозный свисток, и поднятая проблема не сдвинулась с места ни на шаг.

Но как же хочется услышать мнение кого-нибудь из старожилов, из тех, кто любит наш маленький городок всей душой, даже если и не родился здесь, кто способен высказаться без злобствования и предвзятости! И я задала вопросы о наименовании центральной площади нашему давнему читателю и автору публикаций в «Трудовом слове», всю жизнь проработавшему геологом в «Дальполиметалле», интересному и творческому человеку К.Каныгину. Константин Николаевич очень удивился, что никто и не намеревался переименовывать проспект 50-летия Октября в проспект Бринера, а Черемшаны - обратно в Синанчу. Однако выступления на страницах газеты клуба пенсионерок «Общение» и Н.Инкина ввели его, как и многих других, в заблуждение, и у него была по этому поводу своя точка зрения:

- Если что и увековечивать в городе, так это титанический труд геологов. Когда Бринер начинал строить здесь рудники, было известно всего одно месторождение. А сколько их было открыто впоследствии! И все они давали возможность развиваться горнопромышленному предприятию. Хотя улица Геологическая в городе есть, но имена людей, открывших богатейшие месторождения страны, горожане не знают: названные ими рудные тела и рудники известны лишь специалистам, но, к сожалению, даже не всем рабочим.

- Вот и краеведы о том же: имена членов семьи Юлия Бринера тоже остались на старых картах горных отводов. И краеведам, так же как и вам, геологу, хочется, чтобы имя человека, с которого начался поселок, а затем город, было на устах у жителей этого города, чтобы школьники знали не только своих бабушек-дедушек и, если повезет, прабабушек-прадедушек, но и имя отца города. Кстати, краеведы тоже чтят труд геологов, "и в следующем году на Верхнем руднике, рядом с мемориальной плитой, посвященной Ю.Бринеру, будет установлена плита в честь горного инженера Сергея Масленникова, открывшего Тетюхинское месторождение для России. А что вы думаете о предложении краеведов дать городской площади имя основателя Дальнегорска?

- Бринер построил не город, а предприятие. А город создан руками строителей.

- Строители ничего не создали бы в глухой тайге, если бы не существовало тогда уже поселка Тетюхе. Ведь это не стихийное поселение, и основатель у него, несомненно, есть. Если это не Юлий Бринер, тогда кто же?

И вновь, как и 30 сентября на заседании Совета общественности, я осталась в недоумении. Разве плохо, что с наименованием центральной площади (которая теперь уже и не центральная вовсе, т.к. центр города давно сместился на Универсам) и установлением мемориала в повседневный обиход дальнегорцев постепенно войдет имя основателя города, уважаемого человека, примерного семьянина, крепкого предпринимателя, купца 1-й гильдии, мецената, потомственного почетного гражданина Владивостока, добропорядочного прихожанина православной церкви? Да, он родом из Швейцарии (и это обстоятельство было едва ли не главным козырем в устах квасных патриотов), но с юности и до последнего своего часа он являлся российским подданным. И все его деяния были на благо России.

Неужели краеведы предлагают что-то непатриотичное, и будет плохо, если школьникам на уроках истории и классных часах будут говорить о Бринере, о его деле и потомках, если учительница приведет их к памятнику и расскажет, как начинался Дальнегорск? Не нужно забывать, что Бринер на пустом месте вокруг месторождения создал промышленное производство с прогрессивными для того времени технологиями, в частности, с железной дорогой. К тому же, пока не было проезжего пути через перевалы, попасть в Тетюхе и люди, и материальные ценности могли лишь морем до бухты Тетюхе-Пристань, а затем на паровозике. И население от Краснореченского до Рудной Пристани широко пользовалось узкоколейкой в повседневном быту.

- А ведь и я приехал в Тетюхе тем же путем, - просветлел лицом Константин Николаевич. - В 1954 году я, 20-летний выпускник Благовещенского геологоразведочного техникума МЦМ МВД СССР, ехал в будке кондуктора с составом, который вез уголь на склад, расположенный в нынешнем микрорайоне Горького. Был май, вдоль дороги цвели сады, и голова кружилась от дивного запаха. Вагончики сильно раскачивались, деревья так и мелькали. И когда 7 часов спустя я выскакивал у гостиницы (на ее месте теперь огромный мебельный магазин у автовокзала), спросил у кондуктора: «Ну, километров 200 отмахали?»... Знаете, пусть будет памятник Бринеру, - подытожил мой собеседник. - История - хоть страны, хоть местная - это имена конкретных людей.

Кстати

Наши соседи кавалеровцы, отмечая в октябре 2010 года 100-летие поселка, в сквере перед районной администрацией установили мемориальный камень в честь основателя Кавалерова - первопоселенца и старосты Федора Пополитова, кавалера солдатского Георгиевского креста. Судьба Федора Дмитриевича была трагичной. Поссорившись с односельчанами, бывший староста скитался по городам и весям, и не только России. В 1930 году вернулся в Кавалерово, кормился промыслом. Одинокий и, по сути, несчастный человек, он свободно посещал Китай, граница с которым была «прозрачной», ив 1938 году он был обвинен в шпионаже и расстрелян.